Санскрит, индуизм, тантра (devibhakta) wrote,
Санскрит, индуизм, тантра
devibhakta

Categories:

Макрон против мульти-культи

В последнее время французский истеблишмент заговорил об опасности «культурного распада» страны. Кульминацией стала известная речь Макрона против «сепаратизма». Чтобы понять эту французскую грусть, необходимо обратиться к истории этой страны на протяжении последних двухсот с хвостиком лет.
Во Франции после Великой революции идеей-фикс для политической элиты стало унифицированное государство-нация, населенное равноправными и по возможности однородными в культурном плане гражданами, говорящими на одном языке – французском. В идеале все должны орать: «Свобода, равенство, братство» и петь «Марсельезу». Поэтому государство стремилось не только к ассимиляции любых иммигрантов, но и сурово подавляло движения национальных меньшинств. В частности, в начале XX в. за пропаганду бретонского языка можно было запросто оказаться в тюрьме. Немаловажную роль в насаждении однородности играла и «школа мужества» – армия – Франция первой в Европе ввела всеобщую воинскую повинность. Все это напоминает культурную политику СССР, когда все должны быть пионерами, комсомольцами, ездить на картошку и т. д. Правда, в отличие от Франции поддерживалось языковое своеобразие в национальных республиках.
Естественно, различия между жителями Франции все равно сохранялись, хотя они и не были столь огромными, как во времена Старого Режима (то есть до революции). «Люди, которых мне приходилось встречать, отделены друг от друга почти непереходимыми расстояниями; и, живя в одном городе и в одной стране, говоря на почти одинаковых языках, так же далеки друг от друга, как эскимос и австралиеец», – заметил русский писатель-иммигрант Гайто Газданов, работавший в Париже таксистом, относительно 20–30-х годов XX в.
Тем не менее видимость некой однородной нации до 80-х годов удавалось сохранять. Лишь с приходом к власти социалистов Миттерана произошла либерализация в отношении языков национальных меньшинств (что, привело, например, к некоторому возрождению бретонского языка), терпимее стали относится к культуре иммигрантов из Северной Африки. Затем, при Шираке отменили такое культовое для патриотов явление, как всеобщую воинскую повинность, превратившуюся в наше время в анахронизм. Впрочем, после Миттерана снова начались откаты: при Шираке запретили хиджабы в школах, при Саркози – паранджу повсеместно. То есть запрещали все то, что в наиболее яркой форме напоминает о присутствии культуры других народов. Сейчас мы наблюдаем очередную попытку вернуться к идее однородного государства-нации. Вот министр внутренних дел выступил против продажи продуктов халяль в магазинах, при этом затем пояснил, что он не против этих продуктов, но против того, чтобы они лежали на отдельных полках. Очень напоминает советскую психологию: нельзя отрываться от коллектива, все должны быть как пионеры на линейке.
Попытка эта обречена на провал. Современное общество крайне многообразно, а вот патриотический официоз зачастую оказывается никому не интересен., мы это знаем по собственной стране. И дело даже не в мусульманах-иммигрантах. Миллионы этнических французов, как и миллионы русских, занимаются йогой и восточными единоборствами, едят в кебабах и суши-барах, слушают рэп и увлекаются еще тысячами вещей, о которых их предки и слыхом не слыхивали. Если министр против отдельной продажи халяльных продуктов, тогда почему он не возражает против отдельных магазинов для веганов или кафе для геев?
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author