Санскрит, индуизм, тантра (devibhakta) wrote,
Санскрит, индуизм, тантра
devibhakta

Categories:

Мифомания

Многих из числа тех, кого интересуется индийским культурным наследием, привлекает философия, но меня всегда очаровывали прежде всего неисчерпаемые богатства мифологии. В детстве моей настольной книгой была книга Куна «Мифы Древней Греции», затем уже я обратился к Индии и зачитывал до дыр "Мифы Древней Индии" Темкина и Эрмана. Вкратце обосную свое предпочтение. Мифология возникла в незапамятной древности, философия появилась относительно недавно. Не было ни одного племени или народа без своей мифологии, философия же существовала далеко не во всех культурных регионах (не хочу сказать «культурах», потому что культура одна). Приходилось даже сталкиваться с мнением, что настоящая философия была только в Европе. Бердяев писал, что первыми философами в России были Чаадаев и Хомяков, а жили оные, напомню, лишь в XIX в. Затем, мифология это душа народа, она распространена среди всех слоев общества. Книжная философия же это удел очень небольшого числа людей. Все индусы знают сказание о Раме и Сите, но очень немногие могут объяснить тонкости веданты или санкхьи. Индия в отношении мифа остается, по словам Андре Паду, во многом «не расколдованной страной», здесь древние сказания и образы богов и героев не только живут, но и обретают даже политическое значение.
Для меня, как и для А.Ф. Лосева, миф самоценен, он не нуждается в том, чтобы в нем ковырялись «эзотерики», пытаясь обнаружить философский и тем более моралистический символизм, последнее в том духе, что одоление демонов олицетворяет «победу над пороками», для меня, убежденного антиморалиста, особенно неприемлемо. Подобные трактовки, конечно, имели место, но это дело весьма позднее. Как писал Лосев: «В мифе же – непосредственная видимость и есть то, что она обозначает: гнев Ахилла и есть гнев Ахилла, больше ничего; Нарцисс – подлинно реальный юноша Нарцисс, сначала действительно, доподлинно любимый нимфами, а потом действительно умерший от любви к своему собственному изображению в воде. Даже если и есть тут какая-нибудь аллегория, то прежде всего необходимо утвердить подлинную, непереносную, буквальную реальность мифического образа, а потом уже задаваться аллегорическими задачами» («Диалектика мифа»). Более того, не было никаких таинственных сверхмудрецов, которые сидели в пирамидах и сочиняли мифы, что зашифровать в них таинственное суперзнание и скрыть его для непосвященных, а сами при этом оставались выше мифа. В древности все, от царей до нищих, жили в реальности мифа.
Я люблю наслаждаться живой тканью мифологии, мне нравится изучать развитие мифологических сюжетов. Мифология, а тем более индийская, это такой мультиверсум, состоящий из неисчислимого числа миров, поскольку практически в каждом тексте один и тот же сюжет пересказывается по-новому. Где-то Равана похищает настоящую Ситу, а где-то – только ее двойник.
Где-то Рама убивает Равану, а где-то Раван двое, и первого среди них убивает Рама, а второго – Сита. Такое разнообразие смущает тех, для которых убиение Дургой Махиши это такое же историческое событие, как Сталинградская битва. Об таком ошибочном восприятии Лосев писал в другой главе своей работы «Диалектика мифа» - «Миф не есть историческое событие как таковое». Закончу сегодняшнюю заметку словами Лосева: «Миф есть чудо».


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment