Санскрит, индуизм, тантра (devibhakta) wrote,
Санскрит, индуизм, тантра
devibhakta

Семь лет в Тибете

В 2016 году наконец увидел свет русский перевод непосредственно с немецкого легендарной книги Генриха Харрера «Семь лет в Тибете». Ее автор – австрийский альпинист и путешественник, семь лет проведший в Стране Снегов как раз до китайского вторжения и своими глазами видевший тот старый, традиционный Тибет, который, к сожалению, уже больше никому не посчастливится увидеть.
В 1939 году Харрер оказался в Британской Индии в составе немецкой альпинистской экспедиции. В сентябре того года началась Вторая мировая война, и все члены экспедиции были интернированы колониальными властями и отправлены в лагерь для военнопленных. К узникам относились вполне сносно, но для Харрера, свободолюбивого и любознательного человека, пребывание за колючей проволокой было нестерпимой мукой. Первая попытка побега оказалась неудачной, но во время второй ему вместе со своим товарищем Петером Ауфшнайтером удается пересечь Гималаи и оказаться на территории Тибета. Двадцать один месяц неизмеримо трудного пути потребовался им, что достичь заповедного города – Лхассы. Много раз им угрожала смертельная опасность. Выжить Харреру и Ауфшнайтеру помогли не только их великолепная физическая подготовка и оптимизм, но и умение наладить контакт с местными жителями, которые зачастую впервые видели европейцев.
Оказавшись в Лхассе, оба беглеца со временем завязали добрые отношения со многими представителями тибетской элиты, как духовной, так и светской, а Харреру даже удалось подружиться с маленьким Далай-ламой XIV, почитавшимся его подданными как божество. Он рассказывал мальчику о далеких западных странах, о которых многие тибетцы не имели не малейшего понятия.
Многие в Тибете поражало воображение иностранцев. Удивлял обычай многомужества, когда несколько мужчин могли жениться на одной женщине. Поражала трогательная забота о животных, даже совсем крошечных. Харрер не раз описывает, как рабочие, копавшие землю, завидев червя, сразу бросали работу и бросались его дружно спасать. Поражала полная, всеохватывающая религиозность населения («За годы, проведенные в Тибете, я не встретил ни одного человека, кто бы позволил себе хоть немного усомниться в верности учения Будды»). Мир здесь еще не был «расколдован», если пользоваться выражением Макса Вебера. Поражало почти полное отсутствие современной техники, не было даже колесных повозок. Тибетцы нравились Харреру своим веселым, неунывающим нравом, несмотря на то, что жизнь у них была весьма непростая, и отсутствием страха перед смертью («Земное существование тут не представляет безусловной ценности, а смерть не страшит»).
Больше всего импонировало отсутствие любой суеты и спешки. «В одном мы очень завидовали лхассцам, сравнивая их с обитателями европейских городов: у местных жителей на все находилось время. Тибет еще не поразила самая страшная болезнь нашего столетия – вечная спешка. Здесь никто не перенапрягался. Во всех официальных учреждениях все было утроено с каким-то уютом. Чиновники появлялись там поздним утром, а через пару часов после полудня снова отправлялись домой». Старому Тибету оказывалась полностью чуждой одержимость трудом, «экономическим ростом» и «увеличением объема продаж», ставшая неотъемлемыми атрибутами современной цивилизации. Треть мужского населения вообще составляли монахи, и при этом в монастырях скапливались огромные богатства. И на Тибете сохранилась яркая средневековая цветастость (ранее ей восхищался Константин Леонтьев), проявлявшаяся особенно во время праздников.
В итоге, задавался вопросом Генрих Харрер, «разве тибетская культура и образ жизни не уравновешивают отсутствия некоторых технических достижений? Где в западном мире можно встретить такую искреннюю вежливость? Здесь люди никогда не теряют лица, никогда не грубят. Даже политические враги общаются друг с другом уважительно и вежливо, дружески приветствуют друг друга, встретив на улице. Знатные женщины изысканны и элегантны, они подирают себе наряды и украшения с безупречным вкусом и замечательно умеют принимать гостей».
Харрер и Ауфшнайтер, по их признанию, не собирались покидать Тибет, тем более что «новости из Европы не особенно воодушевляли». Однако судьба распорядилась иначе. В 1950 году в Страну Снегов вторглись китайские войска, и обоим друзьям пришлось покинуть свою вторую родину. Но на всю свою долгую жизнь (умер в 2006 году, прожив 94 года) Генрих Харрер оставался влюбленным в старый Тибет, поддерживал дружеские отношения с Далай-ламой, участвовал в международном движении за освобождение страны от китайской оккупации.



Tags: free tibet, Далай-лама, Тибет, Харрер, тибетцы, традиция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments