Санскрит, индуизм, тантра (devibhakta) wrote,
Санскрит, индуизм, тантра
devibhakta

«Назад, в СССР». Спасибо, не надо!

Советское время я помню только ребенком, поэтому особых претензий не имею, если не считать похожего на резину пюре в школьной столовой и молоко, больше напоминающее по вкусу водопроводную воду. Однако из рассказов очевидцев эпохи «развитого социализма» понимаю, что родись я на десять или двадцать лет пораньше, то мне пришлось бы весьма несладко. В ту эпоху, по которой некоторые сейчас так ностальгируют, запросто могли сломать жизнь из-за безобидных увлечений и затравить любого, кто не вписывался в серую массу карьеристов и конформистов. Особое впечатление на меня произвела судьба человека, которого я называю своим учителем – Алексея Николаевича Хованского. А.Н. Хованский – уникальная личность. Потомок древнего княжеского рода и университетский преподаватель математики, он знал 16 иностранных языков, даже составил свой собственный учебник санскрита, прекрасно разбирался в музыке и живописи, писал стихи, занимался йогой, соблюдал вегетарианскую диету. А.Н. Хованский никогда не был политическим диссидентом и мало интересовался политикой вообще. Однако он был человеком разносторонних интересов и в научной сфере придерживался взглядов, которые не совпадали с общеобязательным тогда диалектическим материализмом и научным атеизмом, что вызывало гнев властей. В начале 60-х годов А.Н. Хованский написал положительный отзыв в «Литературную газету» на историко-фантастический роман украинского писателя Олеся Бердника «Подвиг Вайвасваты», и этот отзыв оказался неугодным тогдашним представителям власти того времени. В конце 1965 года на ученом совете пединститута А.Н. Хованский подвергся за этот отзыв ожесточенной критике, а также по совокупности за вегетарианство, за признание телепатии и за переписку на языке эсперанто. В результате этой акции Алексей Николаевич был вынужден уехать в г. Борисоглебск, где проработал с 1966 по 1967 годы, а потом в Калининград.
Уже после ухода из жизни А.Н. Хованского я занимался разбором его архива, переданного в Государственный архив Калининградской области (ГАКО) и нашел документ об этом злополучном педсовете. Киевский писатель-фантаст О. Бердник опубликовал в журнале «Радуга» историко-фантастический роман «Подвиг Вайсвасваты», написанный под влиянием оккультизма и теософии. В романе речь идет о легендарной стран Атлантиде, о телепатии и других паранормальных явлениях, которыми интересовался Алексей Николаевич. Он опубликовал на этот роман свой положительный отзыв в «Литературной газете», который вызвал возмущение в среде коллег Хованского по Марийскому пединституту. Сначала ему устроили разнос на открытом партсобрании, состоявшемся в 20-х числах ноября 1965 года (л.5). В повестке дня собрания ничего не было о Хованском. Тем не менее, разговор зашел именно о нем. Многие недоброжелатели Алексея Николаевича использовали эту заметку в «Литературной газете» как повод для самой резкой критики в его адрес. Преподаватель кафедры истории партии Коробов обвинил А.Н. Хованского в пацифизме и заявил, что таким как Хованский «нельзя доверять воспитание наших детей» (л.5). Далее он призвал встать на борьбу с американским империализмом с оружием в руках, что вызвало смех. Потом выступил преподаватель кафедры гражданской обороны Романов, который сказал, что А.Н. Хованский все более скатывается на идеалистические позиции» (л.6).
Ректор института поддержал выступающих: «Вызывают опасения вылазки идеологического характера, вылазки идеализма, спиритуаализма, толстовства и поповщины». Далее он сказал, что вопрос о поступке Хованского будет стоять на Ученом совете пединститута, а просьбу его супруги Т.А. Кокаревой отложить заседание Ученого совета в связи с плохим состоянием здоровья Алексея Николаевича, он назвал «шантажом» (л.6). И в заключении прозвучала реплика инспектора по школьным делам: «Это идеологические шатания Хованского. Надо дать соответствующую оценку!!!» (л.6).
Заседания Ученого совета МГПИ состоялось 27 декабря 1965 года. В повестке заседания вторым пунктом значилось: «Об ошибочных взглядах доцента кафедры математического анализа А.Н. Хованского, высказанных им в письмах в «Литературную газету» и «Комсомольскую правду» (л.25).
Вначале слово взял ректор, который сказал, что Алексей Николаевич «протаскивает идеализм», прикидываясь верным сторонником марксизма-ленинизма, а также проповедует «уродливую форму толстовства - вегетарианство» (л.26). В ответ А.Н. Хованский зачитал «Апологию», в которой он защищался от нападок своих оппонентов. Так, он говорил, что никогда не был лицемером в идеологической сфере, и что его «идеология не отличается от общепринятой в нашей стране» (л.31). В то же время имеется еще много непознанного, в том числе и в отношении способностей человека, и нелепо, по его словам, было бы это отрицать, как это делают люди, «которые отрицают саму возможность для человека полностью раскрыть силы своего разума, своего организма». Далее он рассказывает, что благодаря приемам, которым его обучили родители, он сумел добиться того, что многие люди считают удивительным, в частности овладел 15 языками, но ничего мистического в этом нет (л.32).
Потом Алексей Николаевич защищался от обвинений в толстовстве. Он заявил, что уважает Толстого как писателя, но не разделяет безоговорочно его философские взгляды, в частности, то, что Толстой отрицал значение науки для нравственного совершенствования человека. «В то же время, - говорит Алексей Николаевич, - мне импонирует, что великий русский писатель был вегетарианцем.» Что же касается обвинений вегетарианцев в любви к вредным животным и отказе защищать Родину от врагов, то это, по мнению Хованского, вздорные выдумки (л.33). После Алексей Николаевич выступает в защиту романа О. Бердника «Подвиг Вайвасваты». По его мнению, в этом произведении нет «никаких неправильных идеологических установок», напротив, в нем ярко показана классовая борьба, что соответствует духу марксизма. Описание телепатии и других паранормальных явлений в романе также, по словам Хованского, не является чем-то из ряда вон выходящим – ведь многие ученые, в том числе и из СССР, уже признали существование подобных явлений, просто не в силах пока их объяснить. В заключение А.Н. Хованский заявляет, что между присутствующими и им «не существует каких-либо принципиальных идеологических разногласий» (л.35-36).
Однако подчеркивание Хованским верности марксистко-ленинской идеологии вовсе не спасло его от нападок и обвинений.
М.Н. Лебедева, заведующая кафедрой литературы, заявила, что она прочла роман и нашла его довольно посредственным (л.26-27).
Заведующий кафедрой философии Хворов назвал роман Бердника «шарлатанским произведением» (л.27).
В.М. Тарасова, заведующая кафедрой истории, обвинила Хованского в том, что он «животных ставит выше детей» и проповедует среди студентов космополитизм, создав кружок эсперанто (л. 27).
Проректор по учебной части Дъяконов сказал, что «Хованский зазнался, мыслит себя элитой и идеология у него не наша».
В защиту Хованского выступили только два человека – преподаватель истории П.П. Вандель и Т.А. Кокарева. Вандель сказал, что не надо стрелять из пушки по воробьям и что вегетарианство не опасно, что вызвало возмущение президиума (л.28).
Т.А. Кокарева произнесла длинную речь о пользе вегетарианства и о значении языка эсперанто для международного общения, что было названо «неуместной пропагандой» (л.29).
В заключении ректор Романов в грубой форме потребовал от А.Н. Хованского признать ошибочность своих взглядов, Алексей Николаевич не стал ему отвечать. В итоге Хованскому был вынесен строгий выговор, ему было отказано в запланированной научной командировке, был также поставлен вопрос о возможности его руководства аспирантами (л.38).
Однако, как показывают материалы дела №227, к счастью не все думали так, как коллеги А.Н. Хованского по МГПИ. Это показывает письмо члена-корреспондента АН СССР А.А. Ляпунова от 23.03.1966г., направленное им в Министерство просвещения РСФСР и Академию педагогических наук (л.37-38). В этом письме он высказывает свою поддержку А.Н. Хованскому как талантливому ученому и педагогу, который «уделяет большое внимание развитию общего кругозора у своих учеников». Поэтому А.А.Ляпунов требует прекратить совершенно необоснованную, на его взгляд, травлю А.Н. Хованского.
Впрочем, на этом злоключения Алексея Николаевича не закончились. Летом 1978 года А.Н. Хованский оказался причастным к приезду в Калининград женщины – экстрасенса, которая выступила с лекциями по парапсихологии. Слух об этих лекциях дошел до обкома партии, и разразился скандал. История с экстрасенсом стала фактическим поводом к отправке Алексея Николаевича на пенсию. Сначала он был переведен на полставки, и лекции он уже не читал, а лишь руководил курсовыми и дипломными работами. В 1980 году он стал полным пенсионером вышел на пенсию.
Этой истории посвящено дело № 228, которое дает наглядное представление, в каких условиях протекала жизнь научного сообщества в СССР в 1970-х годах. Дело №228 включает в себя объяснение А.Н. Хованским инцидента с парапсихологом В.М. Ивановой, произошедшего в 1978 году. Как уже говорилось выше, этот инцидент привел к тому, что Хованский вынужден был в скором времени уйти на пенсию.
Алексей Николаевич пишет, что с В.М. Ивановой он познакомился в Таллине в 1975 году, где она читала лекции по парапсихологии. По просьбе Хованского экстрасенс провела с ним целительный сеанс, который описывался так: «Она лишь производила движения руками вокруг головы и верхней части моего тела. При этом я почувствовал приятное тепло и ощутил прилив жизненных сил» (л.1). После сеанса, по словам Хованского, у него несколько улучшилось зрение и рассосалась опухоль на правой ступне. Алексей Николаевич отмечает, что за подобные сеансы В.М. Иванова принципиально не берет денег (л.2).
После этого Хованский стал переписываться с целительницей из Москвы и общаться с ней по телефону.
Сам Хованский выступал горячим сторонником нетрадиционных методов лечения, считая, что подобные целители берут свою энергию из космоса (л.2). Поэтому Алексей Николаевич стал инициатором приглашения В.М. Ивановой в Калининград и заручился поддержкой К.К. Лавриновича и некоторых других своих коллег. Весной 1978 года А.Н. Хованский был в Москве, где встречался с Ивановой и договорился о ее визите в Калининград. Этот визит состоялся в июне - июле 1978 года. Сначала она выступила с лекцией в КГУ перед преподавательским составом. Алексей Николаевич пишет, что «лекция отличалась глубиной содержания, точностью формулировок, обилием приведенных фактов…». К.К. Лавринович же был совершенно иного мнения и о лекции, и о личности лектора-экстрасенса. Затем В.М. Иванова прочитала две лекции в областной психиатрической больнице, где, как отмечает Хованский, они произвели положительное впечатление на сотрудников и «сопровождались демонстрацией биовоздействия В.М. Ивановой на пациентов» (л.3). После этого состоялась лекция этой женщины-экстрасенса в музее И. Канта. На следующий день должна была пройти еще одна лекция, однако, под нажимом руководства университета она была отменена, и В.М. Иванова раньше запланированного срока вернулась в Москву. В заключение А.Н. Хованский высказывает сожаление, что «не все сотрудники университета оценили по заслугам приезд в Калининград этого всемирно известного исследователя, вернувшего здоровье многим десяткам людей.» (л.4).
Как мы видим, даже из-за таких, казалось бы, мелочей могли подвергнуть остракизму или выпроводить на пенсию человека, полного сил и желающего работать. А.Н. Хованский и в беседах со мной немало рассказывал, какой свинцово-тоскливой была тогда атмосфера. Про 30-е годы, на которые пришлась его молодость, можно будет сделать отдельный материал. И это только один пример, а сколько их было, «белых ворон», замученных стражами идеологической чистоты … Неудивительно, что, услышав очередного говоруна, рассказывающего байки про «давайте вернемся в СССР», я отвечаю: «Спасибо, не надо!»

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 312 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →