Санскрит, индуизм, тантра (devibhakta) wrote,
Санскрит, индуизм, тантра
devibhakta

Новая книга о "Камасутре"

В этом году, помимо книги У. Донигер, вышла еще одна крупная работа, посвященная «Камасутре». Она принадлежит перу Санджая К. Гаутама (ныне преподает в Университете Колорадо), и называется «Foucault and the Kamasutra. The Courtesan, the Dandy, and the Birth of Ars Erotica as Theatre in India». Основной темой является изучение «Камасутры» в сопоставлении с концепцией истории сексуальности, созданной французским философом и культурологом Мишелем Фуко (1926–1984). Как известно, Фуко противопоставляет ars erotica или искусство любви, основанное на удовольствии и присущее незападным культурам, и западную scientia sexualis, или науку о сексуальности, основанную на истине и собственном «Я». Фуко утверждает, что ars erotica не существовало на Западе, потому что наслаждение не смогло обрести для себя дискурсивную и легислативную (связанную с установлением собственных законов) автономию и всегда жило в тени других дискурсов, таких как философия, мораль, религия, закон и наука.
Что касается Индии как царства ars erotica, то именно «Камасутра» стала успешной попыткой обрести легислативную автономию для сексуального наслаждения от дискурса брахманического закона (дхармы). Последний сосредоточен на институте семьи и лежит в основе кастового патриархального общества. В дискурсе дхармы подчинение наслаждения брахманическому закону идет рука об руку с подчинением женщины мужчине. Оба этих процесса столь неразрывно связаны, что являются двумя аспектами одного и того же феномена. Поэтому автор «Камасутры» стремится отыскать вне круга идентичности некое пространство, где и женщина, и наслаждение могут обрести автономию. И здесь мы сталкиваемся с фигурой гетеры (куртизанки, gaNikA). К гетере не прилагаются законы касты и патриархальной семьи. Таким образом, она, являясь суверенной фигурой, занимает в сфере эротики такое же центральное положение, что царь в сфере политики. Исследователь рассматривает место гетер в жизни древнеиндийского общества. В «Камасутре» есть, конечно, и другие женские фигуры, такие как жена (bhAryA), незамужняя девушка (kanyA), чужая жена (paradAra) и женщина, снова вышедшая замуж (punarbhU). Но эти фигуры либо не воплощают дискурс эротического наслаждения (kAma) в его легислативной автономии от дискурса дхармы, либо делают это только частично, а не полностью, как гетера. Но хотя она и представляет суверенную фигуру в сфере эротики, ей нужен партнер-мужчина, и таким партнером в «Камасутре» выступает nAgaraka – горожанин, утонченный эстет и интеллектуал, которого Санджай К. Гаутам именует денди, сравнивая с денди у Бодлера. При этом исследователь выделяет особый вид денди: vaishika – viTa – наставник или гуру для гетеры.
Другая линия исследования, которую проводит автор, это родство индийского искусства любви и театра. Не случайно для обозначения партнеров в «Камасутре» используются театроведческие термины: nAyaka (актер, мужчина), nAyikA (актриса, женщина). По мнению Гаутама, использование языка театра оправдано именно в контексте отношений между куртизанкой – суверенной фигурой в сфере эротики – и ее партнером-денди. Обе этих фигуры играют главную роль в происхождении театра и выступают своего рода мостом между двумя фундаментально значимыми для традиционной индийской культуры текстами – «Камасутрой» и «Натьяшастрой» (театроведческим трактатом). Интеллектуальное родство между двумя этими текстами находит свое отражение в том, что «Натьяшастра» определяет rasa или эстетическое наслаждение высшей целью театра и, более того, провозглашает сексуальное наслаждение (kAma) высшей целью жизни, что даже автор «Камасутры» не рискует сделать.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments